Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

Общие сведения: что такое рак?

Рак – это злокачественная опухоль, которая содержит мутированные клетки. Они быстро делятся и растут, поражая расположенные рядом ткани. В определенный период опухоль начинает распространять свои метастазы по всему организму.

Развиваться опухолевые новообразования могут из различных клеток человеческого организма: из дермы, костей, мышц, нервных волокон. Поэтому растут новообразования на различных участках тела. Чем больше врачи знают о месте локализации опухоли и строении ее клеток, тем выше шансы на успешное избавление от новообразования.

Раковая опухоль не контролируется организмом. Ее клетки имеют собственное ДНК. Они умеют маскироваться таким образом, что иммунитет не видит их.

Методы лечения раковых опухолей, которые применяются на практике:

  • Операция. Она призвана удалить первичный очаг опухоли и метастазов, избавить человека от осложнений, который были вызваны растущим новообразованием.

  • Химиотерапия. Лечение направлено на уменьшение опухоли в размерах, на удаление метастазов. С ее помощью удается снизить риск рецидива патологии.

  • Лучевая терапия. Этот лечебный метод оказывает влияние на опухоль на местном уровне, что позволяет подавить рост новообразования.

  • Гормональная терапия. Ее показано пройти пациентам, которые страдают от рака молочной железы или простаты.

Главным недостатком химиотерапии и лучевой терапии является то, что в ходе лечения страдают не только атипичные, но и здоровые клетки. Поражению подвергается кожа, слизистые оболочки и костный мозг. Именно в последнем органе формируются клетки крови. Поэтому у пациентов, проходящих химиотерапию, развивается масса побочных эффектов.

Тормоза иммунитета

Работа клеток иммунитета, в данном случае — Т-лимфоцитов, балансирует на грани между «недоследить» и «перестараться». Для соблюдения баланса и предотвращения аутоиммунных заболеваний, когда лимфоциты начинают по ошибке атаковать нормальные клетки организма, у лимфоцитов есть «газ» и «тормоз». Это белковые рецепторы на поверхности клеток, связывание с которыми определённых молекул-лигандов либо активирует, либо подавляет деятельность иммунитета по уничтожению потенциальных «врагов».

Обобщенно эти регуляторы называются точками контроля иммунитета, или «чекпойнтами». В каждую группу «чекпойнтов» (стимуляторов и ингибиторов иммунитета) входит более десятка молекул, но здесь мы рассмотрим две из них — CTLA-4 и PD-1. Обе эти молекулы являются «тормозами» иммунной системы.

Цитотоксичные Т-лимфоциты получают информацию о том, на что им нужно обратить внимание, от антиген-презентирующих клеток, которые «показывают» лимфоцитам фрагменты чужеродных белков. Чтобы активировать лимфоциты в отношении опухолевых клеток, антиген-презентирующая клетка должна связаться не только с Т-клеточным рецептором, но и с ко-стимуляторным рецептором CD-28.

У CD-28 есть «злой брат-близнец» CTLA-4, взаимодействующий с тем же маркером, что и CD-28, но при этом, наоборот, подавляющий иммунный ответ — а именно, пролиферацию Т-клеток и продукцию сигнальных молекул, которые отвечают за реализацию иммунного ответа. Если «выключить» CTLA-4, у CD-28 не будет конкуренции и произойдёт активация иммунитета.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

Идея о том, что CTLA-4 выступает «тормозом» иммунитета, принадлежит, в том числе, Эллисону. В 1994 году сотрудники его лаборатории в Университете Калифорнии в Беркли занимались этим рецептором в поисках лекарства против аутоиммунных заболеваний. Однако у Эллисона появилась другая идея: вместо того чтобы усиливать CTLA-4, он предложил заблокировать его при помощи специфичного антитела и таким образом активировать противоопухолевый иммунитет у мышей с карциномой.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака
Leach et al / Science, 1996

Лечение антителом против CTLA-4 замедляет рост опухоли у мышей. Изменение размера опухоли у контрольных животных, которым вводили не относящееся к рецептору антитело, обозначено белыми кружками. Экспериментальным группам вводили терапевтическое антитело одновременно с опухолевыми клетками (чёрные кружки) или на седьмой день после введения опухолевых клеток (белые квадраты).

Эти и подобные эксперименты по блокаде CTLA-4 вызвали интерес в индустрии, и несколько лет спустя подход был опробован на человеке. В 2011 году американское управление по контролю за продуктами и лекарствами одобрило первый медицинский препарат, направленный на терапию злокачественной меланомы путем ингибирования иммунного «чекпойнта» — ипилимумаб (моноклональное антитело, связывающееся с рецептором и не дающее ему работать). Пока это единственный одобренный препарат, работающий именно с CTLA-4.

За эту работу Эллисон был удостоен множества наград — среди них и премия Ласкера, самая престижная после Нобелевской в области медицины, и приз Национального фонда исследования рака, и награды от различных фармацевтических компаний. Можно сказать, что Эллисон с 2011 года ежегодно получал какую-нибудь премию, так что эта череда закончилась Нобелем вполне закономерно.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака
Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё

Второй «рычаг» иммунитета — PD-1 — дошёл до клиники позже, хотя был открыт несколькими годами ранее. Эта заслуга принадлежит сотруднику Киотского университета в Японии Тасуку Хондзё. Он и его коллеги идентифицировали ген PD-1, выяснили, что соответствующий белок принадлежит к суперсемейству иммуноглобулинов, и показали, что он каким-то образом связан с клеточной смертью на модели опухолевых клеток.

Тот факт, что PD-1 играет роль негативного регулятора иммунитета, был установлен только в 2000 году. Кроме того, в этой работе был обнаружен партнёр (лиганд) PD-1 — белок, который так и назвали, PD-L1 (ligand of PD-1). Было обнаружено, что раковые клетки нередко продуцируют много белка PD-L1 на своей поверхности.

Уже в 2006 году было запущено первое клиническое испытание на людях, однако первый анти-PD-1 препарат ниволумаб был одобрен для лечения рака только в 2014 году. Одновременно был одобрен и второй препарат — пембролизумаб от компании Merck. Среди типов рака, против которых действуют анти-PD-1 антитела, — прогрессирующая меланома, немелкоклеточный рак лёгкого, почечная карцинома, лимфома Ходжкина и другие.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака
Jun Gong et al / Journal for Immunotherapy of Cancer, 2018

Механизм действия ингибиторов PD-1 и PD-L1. Т-клетка содержит на своей поверхности Т-клеточные рецепторы (TCR) и рецепторы PD-1, с помощью которых лимфоцит взаимодействует как с антиген-презентирующей клеткой (APC), так и с раковой клеткой, на которой есть белок PD-L1. Антитела, блокирующие как PD-1, так и PD-L1, не дают раковой клетке «затормозить» иммунный ответ против неё.

Что изменилось в лечении рака

В Стокгольме 1 октября 2018 года была вручена Нобелевская премия по медицине и физиологии. Получили ее сразу 2 ученых – это американец Джеймс Эллисон и японец Тасуку Хондзё. Награда была вручена за выполненные ими исследования в области лечения раковых опухолей.

Иммунолог Джеймс Эллисон (James P. Allison), профессор Онкологического центра и. Монро Андерсона Техасского университета, член Национальной академии наук США и Национальной медицинской академии США. Ученому сейчас 70 лет.

Иммунолог Тасуку Хондзё (Tasuku Honjo). Он является профессором Киотского университета, в котором преподает с 1984 года. Ученый является членом Национальной академии наук США, Германской академии естествоиспытателей «Леопольдина» и Японской академии наук.

Заслуга ученых состоит в разработке инновационного подхода к лечению рака. Их метод отличается от используемой во всем мире химиотерапии и лучевой терапии. Название метода – Immune checkpoint therapy. Это иммунотерапия рака, которая позволяет уменьшить активность атипичных клеток и не допустить разрушения иммунной системы. Применение этого метода заставляет иммунную систему активно атаковать клетки новообразования (источник).

Ученым удалось обнаружить способность организма к подавлению активности Т-лимфоцитов. Эти иммунные клетки отвечают за уничтожение раковых опухолей. Если заблокировать механизмы подавления Т-киллеров, то лимфоциты «высвобождаются» и начинают самостоятельно ликвидировать опухолевые новообразования.

CAR-технология позволяет задать иммунным клеткам больного новую программу вне его тела. Ученые создают CAR Т-клетки, которые обладают способностью находить раковые опухоли и уничтожать их. Полученные клетки CAR используют для адОптивной иммунотерапии (адОптивной – одна из разновидностей в лечении рака).

Получают CAR T-клетки благодаря технологии ex vivo, то есть из крови человека. Из нее выделяют Т-лимфоциты, которые отвечают за защиту организма от раковых и других патологических клеток. Затем в хромосому Т-клетки встраивается ДНК, кодирующая CAR. Благодаря таким изменениям, Т-лимфоциты начинают вырабатывать на своей поверхности химерные рецепторы.

Если генноизмененная клетка встречается с нормальной здоровой клеткой, то на нее она реакции не дает. При обнаружении раковой клетки химерный антигенный рецептор «видит» на ней маркер, на который он был заранее запрограммирован. Т-лимфоцит набрасывает на опухолевую клетку и уничтожает ее, после чего начинает активно делиться. Это позволяет полностью избавиться от рака.

Т-лимфоциты, которые вводятся в организм больного, обладают способностью к увеличению своей численности. Поэтому ученые относят полученный препарат к «живым». Изначально в кровь поступает лишь несколько измененных Т-клеток. При обнаружении раковой опухоли эти клетки активно делятся, превращаясь в целую армию.

До тех пор, пока все клетки опухоли не будут уничтожены, CАR-лимфоциты не закончат работать. Когда раковых клеток в организме не останется, большинство из них погибнет. Однако небольшой запас все-таки сохранится в костном мозге. Если случится рецидив болезни, то они снова начнут делиться для противостояния раку.

Этот метод подходит для лечения таких видов опухолей, как:

  • Агрессивная В-клеточная лимфома.

  • Острая лимфобластная лейкемия у детей и взрослых.

  • В-клеточная крупноклеточная лимфома. Есть возможность с помощью такого метода избавиться от диффузной лимфомы.

Сейчас ученые ведут исследования, направленные на борьбу с другими видами опухолями методом CAR.

Лауреатами Нобелевской премии по физиологии и медицине в 2018 году стали Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзе за “совершенно новый принцип” терапии онкозаболеваний.

Нобелевскую премию по медицине в 2018 году получил 70-летний американец Джеймс Эллисон и 76-летний японец Тасуку Хондзе.

Их открытия в области иммунологии помогли создать новые эффективные способы лечения рака. Каждый из ученых получит по 500 тысяч долларов.

Эллисон и Хондзе установили “совершенно новый принцип лечения рака”, говорится в пресс-релизе Нобелевского комитета.

“Эпохальные открытия этих двух лауреатов стали поворотным пунктом в нашей борьбе с раком”, – отмечается в сообщении.

Ученые разработали принципиально новый подход к терапии рака, отличный от существовавших ранее радиотерапии и химиотерапии, который известен как “ингибирование чекпойнтов (иммунные контрольные точки – ред.)” клеток иммунитета. В англоязычной литературе об этой терапии пишут, что она “снимает иммунитет с тормоза”.

Иммунные контрольные точки – это естественный механизм, который тормозит иммунитет, “успокаивая” Т-лимфоциты, ответственные за распознавание и уничтожение чужеродных и мутировавших клеток.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

Т-лимфоциты, напавшие на раковую клетку / Science photo library

Если этот механизм нарушен, то организм начинает разрушать сам себя, переключившись на уничтожение здоровых тканей. Так, например, происходит при аутоиммунных заболеваниях.

Одной из главных проблем онкологии является то, что человеческая иммунная система чаще всего не “видит” злокачественные опухоли, поскольку раковые клетки, с одной стороны, отличаются от наших собственных, с другой стороны, являются ими. В результате не возникает необходимой защитной реакции организма на раковые клетки.

Исследования нобелевских лауреатов посвящены тому, как устранить подавление активности клеток иммунной системы со стороны раковых клеток.

Японский иммунолог из университета Киото открыл рецептор PD-1 (контрольная точка иммунитета) на поверхности лимфоцитов, активация которого приводит к подавлению их активности.

Его американский коллега из Андерсоновского ракового центра университета Техаса попробовал отключить естественный тормозной механизм у больных раком мышей – и добился удивительных результатов. Клетки опухоли больше не могли скрываться от иммунитета, и организм боролся с раком намного эффективнее.

До недавнего времени терапия рака базировалась на трёх основных принципах — хирургическом вмешательстве, облучении опухоли радиацией и противоопухолевой химиотерапии, целью которой является относительно неспецифичное, за редкими исключениями, уничтожение быстро делящихся опухолевых клеток токсичными веществами.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

Однако уже в начале XX века учёные поняли, что опухолевые клетки — такая же мишень иммунитета, как бактерии и паразиты, и предприняли первые попытки лечить опухоли активацией иммунитета. Тем не менее, от идеи противоракового иммунитета в какой-то момент отказались. Открытия, сделанные в лабораториях Эллисона и Хондзё, в корне изменили это представление, и терапия «ингибиторами чекпойнтов», в особенности антителами против PD-1 и PD-L1, сейчас находится на переднем крае медицины.

«В клинической онкологии это одно из крупнейших событий в истории», — говорит заместитель генерального директора Национального исследовательского центра детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Димы Рогачева Михаил Масчан. «Мы сейчас только начинаем пожинать плоды, которые принесла разработка этого типа терапии.

Чем же отличаются эти препараты от более традиционных методов лечения? Как показали первые результаты клинических испытаний на пациентах с агрессивной формой меланомы, терапия первым одобренным «чекпойнт-ингибитором» увеличила выживаемость пациентов в полтора раза по сравнению со стандартной химиотерапией.

Кроме того, иммунотерапия назначается пациентам в тех случаях, когда стандартный курс химиотерапии не помог или болезнь вернулась. К примеру, среди разновидностей рака, для лечения которых одобрен пембролизумаб, — метастазирующий рак легкого, а также рецидивирующий рак головы и шеи. Многим пациентам с такими диагнозами химиотерапия не помогает.

«Дело в том, что у больных с распространёнными опухолями, особенно с меланомой, сейчас с помощью комбинации этих чекпойнт-ингибиторов долгосрочная выживаемость, то есть фактически выздоровление, может быть достигнута в 30–40 процентах случаев. При некоторых других опухолях тоже очень сильно улучшается результат», — комментирует Михаил Масчан.

«Это самое начало пути, но мы знаем уже много видов опухолей — и рак лёгкого, и меланома, и ряд других, при которых терапия показала эффективность, но ещё больше — при которых она только исследуется, исследуются её комбинации с обычными видами терапии. Число людей, которые выжили благодаря этой терапии, измеряется десятками тысяч».

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака
Пембролизумаб / Wikimedia Commons

Побочное действие CAR T-терапии

Иммунная система человека состоит из множества клеток. Если рассматривать ее глобально, то защита организма представлена активаторами (стимуляторами) и ингибиторами (процесс торможения). Когда эти две системы уравновешивают работу друг друга, здоровье у человека отличное. Иммунитет в состоянии справиться с любой болезнью самостоятельно.

Т-лимфоциты – это белые кровяные тельца, которые представлены супрессорами, киллерами и хелперами. Каждый тип клеток отвечает за определенную функцию. Т-хелперы должны распознать свои и чужеродные клетки. При обнаружении атипичных клеток они стимулируют иммунную систему к усиленной работе. К проблемному месту начинают прибывать Т-киллеры и фагоциты, параллельно активизируется процесс выработки антител.

Т-киллеры являются самыми значимыми клеткам, обеспечивающими защиту организма. Ученые называют их клетками-убийцами или цитотоксическими лимфоцитами («цито» – клетка, «токсические» – ядовитые»). Они реагируют на все чужеродные или неполноценные клетки и белки в организме. Раковые опухоли представлены именно такими клетками.

За подавление иммунных процессов в организме отвечают Т-супрессоры. Они не дают иммунитету проявлять чрезмерную активность. Это позволяет избежать развития аутоиммунных заболеваний.

Когда в организме начинает расти опухоль, в ней образуются белки, которые имеют атипичное строение. Они отличаются от тех белков, к которым организм привык. Т-клетки реагируют на них как на чужеродные объекты.

Опухоль, в стремлении сохранить собственную жизнеспособность, пытается обмануть иммунитет. Раковые клетки обладают умением маскироваться. Они убирают со своей поверхности дефектные белки, либо уничтожают их. Опухоли даже способны продуцировать специальные вещества, которые снижают активность иммунной системы человека. Чем активнее новообразование, тем меньше у иммунитета остается шансов, чтобы с ним справиться.

Открытие Джеймса Эллисона. Этот ученый нашел способ разблокировки иммунной системы с помощью антител, позволяющих избавиться от белка-тормоза. Врач изучал функции клеточного белка Т-лимфоцитов (ему дано название CТLA-4). Ему удалось установить, что именно он блокирует работу Т-киллеров. Ученый пытался найти способ разблокировки иммунитета. В процессе проводимых исследований доктор решил создать антитело, которое сможет связать белок-тормоз и будет препятствовать его работе.

Эксперименты проводились над грызунами, больными раком. Ученый пытался выяснить, поможет ли блокировка CTLA-4 активизировать иммунитет и заставить его работать против опухолевого новообразования (источник).

В 2010 году ученый провел испытания уже не с грызунами, а с людьми, страдающими раком кожи (меланомой). У части его пациентов после проведенной иммунотерапии полностью исчезли остаточные следы этого агрессивного вида рака.

Открытие доктора Тасуку Хондзё. В 1992 году этот японский ученый выявил на поверхности Т-лимфоцитов молекулы белка PD-1. Расшифровывается эта аббревиатура как Programm cell death protein 1, что в переводе с английского языка означает «белок запрограммированной смерти клеток». Ученый установил, что он работает как тормоз.Белок не только сдерживает рост новообразования, но и блокирует Т-киллеры (источник).

Тасуку Хондзе синтезировал антитела к PD-1, которые позволили устранить имеющуюся блокировку и повысить активность иммунной системы в отношении раковых клеток.

Антитела против PD-1 эффективны в отношении лечения меланомы, немелкоклеточного рака легких, почечной карциномы, лимфомы Ходжкина и не только.

PD-1 и CTLA-4 и их сигнальные пути ученые назвали иммунными чекпоинтами. Им удалось показать, как с помощью уничтожения элементов, сдерживающих иммунную систему, можно справиться с раковыми опухолями.

С момента открытия прошло уже более 15 лет. За это время были разработаны и внедрены в практику препараты, которые содержат ингибиторы иммунных чекпоинтов. В лечении рака используют 1 препарат, блокирующий CTLA-4 и пять препаратов, блокирующих PD-1. Такая разница в количестве созданных средств объясняется тем, что многие опухоли на своей поверхности также имеют PD-1.

Реализация метода CAR T-терапии позволяет клеткам иммунной системы обнаружить опухоль и уничтожить ее. Однако активизация иммунитета не может пройти бесследно для организма. Часто у больных развиваются тяжелые побочные эффекты.

Для того, чтобы иметь возможность проводить CAR T-терапию, медицинские учреждения должны иметь специальный сертификат. Врачи обязаны осведомить больного о том, какие последствия для здоровья возникают после проведенного лечения. Важно оценить все возможные риски.

Развиваются побочные эффекты на 1-22 день после введения измененных клеток.

Самой частой побочной реакцией является так называемый цитокиновый шторм. Он развивается у 75% пациентов. Цитокины – это белки, которые контролируют работу иммунитета. После встречи измененных Т-клеток с опухолью в кровь выбрасывается огромное количество цитокинов. Сопровождается такая реакция повышением температуры тела, рвотой, диареей, усилением слабости. Если справиться с этим состоянием не получается в течение долгого времени, повышается вероятность летального исхода.

Чтобы не допустить массового выброса цитокинов в кровь рекомендуется применение средств-блокаторов.

Для того чтобы препятствовать развитию цитокинового шторма пациенту назначают препарат Актемра (Tocilizumab) или классические НПВС, например, Диклофенак.

Не панацея

К сожалению, несмотря на многообещающие результаты, терапия «чекпойнт-ингибиторами» помогает не всем. К примеру, белок PD-L1 экспрессируется раковыми клетками не у всех людей, потому направленная против него иммунотерапия не сработает, если белка нет. Есть данные, что такой вид терапии лучше помогает пациентам, у которых по тем или иным причинам повышена вероятность возникновения мутаций в ДНК, в том числе, под действием табачного дыма или радиации.

К примеру, уже упомянутый пембролизумаб рекомендован в качестве терапии неоперируемых или метастазирующих опухолей у пациентов с нарушениями репарации ДНК. Это первый случай в терапии рака, когда препарат рекомендован для лечения опухоли только на основании наличия определённых мутаций, вне зависимости от типа опухоли.

«Рак — это сотни, если не тысячи разных болезней, и у каждой свои механизмы и молекулярные пути, которые при этом работают, и никто не придумает одного лекарства, эффективного при всех видах рака у всех пациентов. Но эти лекарства помогают при разных типах опухолей, потому что они действуют не на уровне индивидуальных процессов в опухолевой клетке, а на уровне иммунной системы», — комментирует Масчан.

Кроме того, терапия не лишена побочных эффектов. В первую очередь, это аутоиммунные реакции, ведь препараты вызывают активацию иммунитета, «спускают собак с цепи», по выражению Михаила Масчана. Лечение «чекпойнт-ингибиторами» может привести к развитию воспаления самых разных органов. Кроме того, препараты хорошо работают на взрослых людях, но не работают на детях. Наконец, лечение пока ещё очень и очень дорого стоит.

«Эта революция в основном коснулась взрослой онкологии, в детской онкологии такой революции эти исследования не сделали, потому что детские опухоли биологически устроены иначе, иммунная система их видит очень плохо, — объясняет Масчан. — В России официально разрешены к применению три лекарства этой группы.

Но, к сожалению, цена одного курса этой терапии довольно высокая, она измеряется десятками тысяч долларов в год. Впрочем, российские биофармацевтические компании работают над созданием отечественных вариантов этих лекарств, и есть вероятность, что в ближайшем будущем они появятся на рынке по более низким ценам. Я думаю, что этого можно ждать уже через год — два».

Какие препараты используют для иммунотерапии рака?

Первое клиническое испытание препаратов было проведено в 2006 году на людях, больных раком. В нем участвовало средство под названиеь Ниволумб. Этот препарат является блокатором PD-1. Однако одобрен для лечения онкологических пациентов он был только в 2014 году. В это же время завершились все испытания препарата Пембролизумаб, выпуском которого занимается компания Merсk.

В России прошли регистрацию такие препараты, как:

  • Пембролизумаб (Кейтруда). Его применяют для лечения рака легких и меланомы (источник). Его несомненным достоинством является высокая эффективность в терапии метастатических злокачественных опухолей. Цена одного флакона составляет 3290 евро.

  • Опдиво (Ниволумаб). Этот препарат является аналогом Кейтруды, но стоит он меньше. Его с успехом применяют для лечения рака почек и меланомы. Стоимость лекарственного средства 915$ за упаковку в 40 мг и 2200$ за упаковку в 100 мг. В зависимости от поставщика и производителя препарата цена на него может отличаться.

  • Ервой (Ипилимумаб). Лекарственное средство назначают взрослым и детям старше 12 лет в дозировке 3 мг/кг. На полноценный лечебный курс потребуется 4 дозы. Вводят его в течение 1 часа 30 минут. Процедуру проводят 1 раз в 21 день. Стоимость одного флакона дозировкой 50 мг/10 мл: 4200-4500 евро, а дозировкой 200 мг/40 мл – 15 000 евро. 

  • Тецентрик (атезолизумаб). Это лекарственное средство назначают для лечения уротелиального и немелкоклеточного рака легких. Цена на препарат зависит от посредников и места покупки. В США 1 флакон стоит 6500-8000$.

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

Эти препараты используют как самостоятельные единицы, так и в различных комбинациях. Такое лечение показано пациентам с неоперабельной меланомой, давшей метастазы, с лимфомой Ходжкина, с рецидивирующим и метастатическим плоскоклеточным раком шеи и головы, а также при неоперабельном раке мочевого пузыря.

В России тоже выпускаются иммунологические препараты для лечения раковых опухолей. Нужно понимать, что практическое применение чек-пойнт терапии только началось. Естественно, что через несколько лет препаратов данной группы станет гораздо больше. С их помощью можно будет лечить другие виды рака. Стоимость терапии будет доступнее, так как большая часть расходов осталась позади.

Оценка рисков метода

Иммунотерапию не следует воспринимать как панацею от рака. Использование этих препаратов не позволяет гарантировать 100% выздоровления больного. Действуют лекарственные средства не на все виды раковых опухолей. Значение имеет генотип конкретного больного.

Лечение иммунологическими препаратами сопряжено с риском возникновения побочных эффектов. Главным образом они сводятся к развитию аутоиммунных реакций. Так как основные действующие вещества оказывают влияние на иммунитет человека, активизируя его, он начинает работать слишком активно. Поэтому у больного часто возникают аутоиммунные воспаления внутренних органов.

Еще одним недостатком таких препаратов является то, что их можно использовать для лечения взрослых людей. Маленьким пациентам их не назначают.

Запрещено назначать иммунологические препараты беременным женщинам, так как это приведет к гибели плода. Дело в том, что ребенок, находящийся внутри утробы матери, использует те же механизмы ухода от иммунитета, что и раковые опухоли.

У некоторых больных эти лекарственные средства не действует вовсе, так как клетки опухоли проявляют особенную маневренность и скрываются от атак усиленной иммунной системы.

Какие успехи были в генной иммунотерапии рака CAR-T?

Нобелевская премия 2018 по медицине от рака

30 ноября были подведены итоги годовой реализации генной терапии на практике. Заказчиком выступило Управление по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов США. Именно эта организация дала разрешение на использование лекарственных средств. Итоги были опубликованы в журнале New England Journal of Medicine. Лечение прошли 93 пациента (Tisagenlecleucel in Adult Relapsed or Refractory Diffuse Large B-Cell Lymphoma).

Установлено, что 37 пациентам удалось полностью избавиться от болезни. Еще 11 человек начали чувствовать себя гораздо лучше, но полной победы над раком достичь не удалось. Поэтому ученые сделали выводы, что работает методика на 50%.

Ситуация в России

В России впервые технология CART была реализована в Центре детской гематологии им. Дмитрия Рогачева (НМИЦ ДГОИ). Руководителем многолетних работ является доктор медицинских наук Михаил Масчан. На начальном этапе проект поддерживал фонд «Подари жизнь». Возможность реализации метода в стенах указанного лечебного учреждения появилась благодаря пожертвованиям топ-менеджмента компании Роснефть и фонду «Врачи, инновации, наука – детям».

В 2018 году лечение получили 20 детей и молодых людей с острым лимфобластным лейкозом и В-клеточными лимфомами. Другие терапевтические методы не позволили добиться выздоровления. Оставалась единственная надежда на CART.

В России каждый год такое лечение требуется нескольким десяткам детей и нескольким сотням взрослых. Михаил Масчан.

Какие препараты используют для иммунотерапии рака?

CART относится к инновационным методам лечения рака, который был разработан в Америке. Уже сейчас ведущие онкологические клиники мира отработали эту схему лечения. Ее реализация на практике считается безопасной и надежной.

Для начала пациенту нужно будет пройти ряд диагностических процедур. Если противопоказания к CART отсутствуют, то больному назначают лечение. Длится оно несколько недель. В этот период человек будет находиться то в стационаре, то дома.

1.Первый этап: забор крови. Врачи с помощью специальной аппаратуры осуществляют забор крови больного. Ее разделяют, вычленяя лейкоциты. Эта процедура носит название лейкаферез. Сдача крови занимает около 5 часов.

2.Второй этап: обработка Т-лимфоцитов. Генетическую модификацию клетки крови претерпевают в условиях лаборатории. Ученые индуцируют экспрессию химерных антигенных рецепторов, которые будут искать и ликвидировать опухолевые клетки. В это время человек может находиться вне больничных стен.

3.Третий этап: проведение химиотерапии пред реализацией CART. Перед тем как ввести обработанные Т-лимфоциты, человеку потребуется повторно сдать анализы. Иногда случается так, что дальнейшее лечение этим методом уже невозможно. Если ничего не изменилось, то больному назначают химиотерапию на непродолжительный срок. В этот период анализы нужно будет сдавать каждый день.

4.Четвертый этап: введение Т-лимфоцитов. Их инфузия занимает около получаса, хотя иногда процедура может занять до 1 часа 30 минут. Затем еще около 5-6 часов человек должен оставаться под врачебным контролем. Если имеется риск развития побочных эффектов, то пациента оставляют в больнице на несколько дней.

FDA требует, чтобы наблюдение за больными, прошедшими CART, продолжалось не менее 15 лет.